ПОЛЕЗНЫЕ СТАТЬИ


Непотребительское общество – историческая инициатива России с приоритетом в тысячу лет. Вклад Пушкина и Чаадаева в новое время

Владимир Томский

Системный кризис современной цивилизации объективно связан с неразрешимыми противоречиями потребительских моделей современного социума. Принципиальная неразрешимость противоречий между трудом и капиталом в общественно-политических и социально-экономических конфигурациях, основанных на потребительских императивах, известна давно, убедительно продемонстрирована трудами Адама Смита, Карла Маркса, Яноша Корнаи, Джозефа Стиглица и многих других исследователей. Своими корнями противоречия связаны с древними и архаичными процессами социализации человека, его самоидентификации, отделения человека от живой природы в процессе формирования социальных отношений при совместном труде на общее благо. Потребительские модели жизнеустройства не являются естественными, не вытекают логически из моделей мироустройства. Природа их, по-видимому, связана с порочными, ложными и неверными представлениями о справедливости, навязанными людям в ходе развития различных форм эксплуатации человека человеком.

Драматические события прошлого века резко усугубили противоречия между трудом и капиталом, привели к глобальным кризисным явлениям всех аспектов развития человеческой цивилизации, сформировали угрозы для существования на Земле самого человека. Принято считать, что современные транскрипции проблемы впервые озвучил Эрих Фромм в книге «Быть или иметь». Он же обозначил контуры новых угроз для современной цивилизации. Многие из этих угроз приобретают вполне реальные, зловещие контуры конкретных и действенных событий в виде цветных «революций», террористической активности, воинственного национализма на грани фашизма и прочих экстремистских движений на всех континентах в самых различных странах. Опыт последних десятилетий показывает, что противоречия могут обостряться и в «благополучных», успешных странах с высоким уровнем жизни людей.

Попытки формирования согласованных стратегий устойчивого развития участников мирового рынка, программ ООН по преодолению бедности, координации программ по экологии и климату пока не приводят к заметным практическим успехам, артикулируются нередко в декларативно-спекулятивном, политизированном контексте. Основная причина «неуспеха» этих мероприятий, которые получили в 80-е годы прошлого века одобрение правительств большинства развитых государств мира, международных организаций ученых, политиков и бизнесменов состоит в том, что проблема пока не поставлена правильно с научных позиций. Организаторы движений за «устойчивое развитие» не смогли сформировать «критическую массу» интеллекта достаточную для точных и адекватных формулировок проблемы с системно-глобальных, геополитических позиций. Инициаторы этих процессов поспешили говорить об устойчивом развитии. Перед этим следует решить более актуальную и «простую» проблему физического и духовного выживания человеческого общества, сформулировать понятный и обязательный перечень необходимых условий, международных процедур и механизмов для достижения этих целей. Распад Советского Союза резко затормозил эти направления сотрудничества, сегодня они прекратились или трансформировались в декларативно-декорационные имитации.

Вместе с тем, интуиции исследователей нередко приводят их к новым, правильным постановкам задач при проведении работ, как теоретической, так и прикладной направленности. Представляется естественным ожидать успешных и верных решений на стыке различных наук, при проведении системных междисциплинарных исследований по острым проблемам развития современного социума. Необходимо продолжить работы по конвергенции «точных» и гуманитарных наук, формированию общих методологических площадок, получения конструктивных результатов, поддающихся экспериментальной проверке и верификации. Новейшие данные исторических и археологических исследований с применением современных инструментальных методов и компьютерной реконструкции событий многотысячелетней давности позволяют предположить, что на Земле существовали цивилизации, где потребительский приоритет не являлся основным движителем социального и культурного развития общества.

Применительно к практике конструирования социума на территории России, опираясь на исследования и результаты выдающихся отечественных историков Н.М.Карамзина, Н.И.Костомарова, В.О.Ключевского, В.Л.Янина и других можно утверждать, что общество под брендом «Господина Великого Новгорода» было первым реальным прообразом непотребительского устройства социума, успешно обеспечившим реальное устойчивое развитие на протяжении почти шести веков. Были сконструированы рабочие механизмы по мобилизации и использованию общественных ресурсов для целей развития всего общества под жестким правовым и нормативным контролем всех его членов. При этом частная и общественная идеологемы развития ориентировали всех участников социально-экономического развития не на извлечение прибыли ради бесконтрольного роста личного потребления, а на ее целевое и плановое использование в интересах «Господина Великого Новгорода». Упомянутые авторы правильно квалифицируют устройство Великого Новгорода как боярскую республику. Но сам термин «боярин», употребляемый авторами, никак не связан с бородатым мужчиной тучного телосложения в золототканом кафтане до пят, сафьяновых сапогах и головным убором в форме эстетически чуждого национальной традиции клобука. Следует внести существенные коррективы в терминологию, смысл слов и понятий в синхронизации со смыслами, целями и нравами времен Новгородской республики и творчества упомянутых исследователей. Существовали очень простые, понятные и измеримые признаки «боярства» в виде размеров земельных наделов их собственников, технологий их обустройства, владения и использования. При этом бояре, как прослойка общества с определенными, нормативно заданными отношениями к земельной собственности как основному капиталу для развития на нем производительных сил, составляли до 50-60% всех экономически активных граждан (глав домашних хозяйств). В новгородском обществе существовал, признавался и добровольно принимался в качестве признака гражданского достоинства и зрелости, стереотип напряженного труда, высокой нравственности, умеренного личного потребления. Такой поведенческий стандарт уверенно господствовал в среде экономически активных граждан, был глубоко укоренен в частном и общественном сознании, составлял предмет гордости граждан Великого Новгорода. Новгородцы на протяжении столетий многократно и осознанно защищали эти ценности с оружием в руках. Общественным идеалом был не образ аскетического, полуголодного существования, а образ достатка необходимого для комфортного существования всех членов семьи в соответствии с достойным бытовым стандартом. При этом стремление к роскоши, показному, демонстративному богатству не поощрялась, более того, осуждалось укоренившимися традициями общественного отношения к этим явлениям. Подробные исторические свидетельства Н.И.Костомарова и других авторов, основанные на тщательном анализе разнообразных источников, по системе сбора налогов, организации торговли и ремесел, судебных имущественных споров, производственных отношениях внутри профессиональных сообществ Великого Новгорода убедительно свидетельствуют о высоком уровне гармонии частных и общественных интересов, основанных не на индивидуальном соперничестве и конкуренции, а на добровольно признаваемом сотрудничестве и взаимопомощи, как фудаментальном нормативном приоритете гражданского общества.

Новейшие результаты экспедиций В.Л.Янина убедительно свидетельствуют, что новгородский период развития русского общества является нашим уникальным вкладом в мировую культуру, который следует тщательно изучать с позиций сегодняшнего дня и в преломлении к актуальным проблемам развития современного социума. Примерно в это же время, на другом полюсе славянского мира, в Чехии, произошли события в корне изменившие облик Европы, вектор ее развития был направлен на выход из мракобесия к Ренессансу героическим поступком Яна Гуса…

Невозможно в коротком очерке затронуть или перечислить весь круг проблем, связанных с разработкой непотребительской модели человеческого общества. Но нельзя не упомянуть о бесспорном приоритете наших выдающихся мыслителей А.С.Пушкина и П.Я.Чаадаева, которые опубликовали в начале позапрошлого века знаменитый прогноз о неизбежности победы «неправильного социализма над капитализмом».

К сожалению, этот гениальный прогноз практически не изучен в Отечестве на профессиональном уровне, как, впрочем, и все, что связано с Пушкиным – историком, мыслителем, социологом, экономистом, политиком. Заметим только, что дискуссия Пушкин-Чаадаев проходила в годы, когда П.Леруа только что ввел в научный оборот термин «социализм», а К.Маркс ходил в гимназию.

Результаты Пушкинской эпохи, если под ними понимать, в том числе, труды последователей и соратников А.С.Пушкина, являются надежным научным фундаментом для построения теоретических и практических основ непотребительского жизнеустройства. О том, что социализм и капитализм ведут человечество в тупик потребительского общества (возможно, с разными скоростями) становится все более понятным и очевидным для многих. В том числе и на обывательском уровне. Достойного выхода из этого тупика не существует, он ведет к тотальной и необратимой деградации человека и общества в целом. За последние два века накоплен более чем достаточный и убедительный массив данных об ускорении процессов деградации людей. По свидетельствам ученых разных отраслей знаний, речь идет о масштабных, неконтролируемых или, наоборот, сознательно инициируемых процессах расчеловечивания человека.

Но, что противопоставить в качестве альтернативы этим роковым «измам», каковы хотя бы общие контуры такого общества и механизмы его функционирования, как должны формироваться и работать политические, экономические, социальные, общественные, культурно-гуманитарные институты? Вопросов пока много больше чем ответов.

Можно сделать самые общие предпосылки для формирования конструктивного образа такого социума и возможным к тому мотивировкам:

  1. Непотребительская модель общества (НМО) утверждает принципы и правила жизнеустройства в максимальном соответствии с законами мироустройства, не нарушает природные балансы, функционирующие на Земле миллиарды лет, деятельность людей в рамках НМО дополняет и развивает естественное многообразие жизни, ее устойчивость к дестабилизирующим факторам.
  2. «Категорический императив» НМО в частной и общественной практике состоит в необходимости отдавать больше материальных и духовных ресурсов, чем потреблять в течение жизненного цикла (человеческой личности, или общественной организации). Каждый человек, семья, любой коллектив, общественная организация обязаны за время своего существования создать больше материальных, интеллектуальных или духовных ресурсов, чем потребить их на свои нужды. «Императив» хорошо согласуется с современным научным положением о принципиальной неравновесности мироустройства.
  3. Для формирования институтов НМО не нужно «разрушать до основания» все, что было создано ранее. Переход к НМО это коренная эволюционная смена парадигмы бытия без революционных потрясений, крови и насилия. Сам вопрос по созданию непотребительского общества естественно возникает из противоречий потребительских обществ, как результат системного анализа и поиска путей к выживанию и устойчивому развитию человеческого общества. НМО включает в себя все положительные наработки по жизнеустройству, полученные человечеством за период существования и функционирования капитализма и социализма. При этом, все известные негативные свойства и признаки этих моделей сознательно блокируются в НМО на правовом, нормативном, социально-этическом уровнях. Механизмы блокировок работают на правовом, юридическом и иных нормативных уровнях во всех сферах жизнеустройства: политическом, социальном, в экономике, культурно-гуманитарных сферах, на уровне межличностных отношений.
  4. НМО включает в себя как частные фрагменты все сферы жизнеустройства – политику, социологию, экономику, общественные организации, бытовую сферу, просвещение, здравоохранение, культуру. Во всех сферах жизнеустройства устанавливается действенный контроль за соблюдением прав и норм потребления благ и услуг, обеспечивающих комфортное и безопасное существование человека по самым высоким стандартам, без ущерба и ущемления его материальных и духовных интересов, даже на уровне намерений и предпосылок.

Благо человека и социума в новом обществе становится главной целью, смыслом его существования и развития.

Реализация этих норм предполагает очень высокий уровень материального благосостояния общественных фондов и сознательного, добровольного самоограничения всех членов общества на основе глубоких знаний реальности, высоком этическом уровне и нравственном статусе всех членов общества.

  1. НМО предполагает консенсус частных и общественных интересов по отношению применения насилия в обществе. Возможно, это самая трудная проблема при формировании качественно новых общественных институтов. В любых потребительских обществах все институты являются набором ограничений на права и свободы членов и агентов общества, по сути, системно и навсегда пролонгируют насилие во все ткани общества. Это же является причиной и генетической основой для протестных настроений и выступлений любой природы. Насилие по отношению к физическим или юридическим лицам в НМО может применяться в исключительных случаях только по решению публичного суда, после детального разбирательства причин коллизии (противоречий), вынуждающих общество к применению насильственных действий. При этом насилие к физическому лицу может применяться только после многократных попыток убеждения его о неправомерности его действий по существу предмета коллизии. Принципиально НМО декларирует неприменение насилия по отношению к физическим лицам, кроме как по многократно проверенным и подтвержденным медицинским показаниям, связанным с психическим или физиологическим состоянием человека, с ведома и согласия его ближайших родственников.
  2. В НМО продолжают существовать деньги как мера оценки объемов капиталов и ресурсов, скорости их движения, но не как товарный ресурс, имеющий определенную цену и являющийся эквивалентом для измерения человеческого труда. Деньги в НМО перестают быть мерой для оценки состояния, чести и достоинства человека.
  3. Основной нормой для оценки роли физического или юридического лица в НМО становится мера его вклада в общественное или частное (по отношению к своим близким) благо. Чем больше человек отдает своего труда в пользу общества или близких людей, тем выше его статус в жизни и обществе. При этом статус исчисляется не по публичным шкалам, а по внутренним шкалам самого члена общества, как личная самооценка своего вклада в общее благо, в систему жизнеустройства в целом. Представляется естественным, что такой подход в максимальной степени согласуется с теми правилами и законами, которые работают в системе мироустройства. В этом случае человек сам становится источником гармонического сосуществования с внешней средой (миром), в конструктивном смысле добровольно смиряет свою свободную волю с мировой волей (Бога, общественной волей в виде суперпозиции «парциальной воли» всех его членов), заведомо несоизмеримой по мощности с волей одного человека.

Высказанные соображения нуждаются в обсуждении, принципиальной и пристрастной профессиональной дискуссии, не исчерпывают и в малой степени всей проблематики НМО, не могут служить основой для разработки модели в целом, но могут стать неким первым, пробным мотивом для приглашения специалистов различных отраслей знаний к широкой общественной профессиональной дискуссии по этой теме.


К началу

К списку статей

На Главную


 
 
  © Все права защищены 2012-2015г.
Дизайн «ООО Системы будущего».
Сопровождение сайта www.OvoFix.ru
 
125480 г. Москва ул. Планерная д.3 кор.3 "Аэроэкология"
+79857623942 +74959442622 +79099929596 +79099929594
narod-akademia.com